Религия: свобода или рабство?

1Данная статья стала итогом поиска ответа на вопрос: что такое религия и каково ее значение для человека? Читая это исследование, можно приобщиться к проблеме, волнующей умы человечества на протяжении всей истории. Материал предоставляет право самостоятельного понимания религиозности.

Дух Божий на протяжении всей истории не перестает опекать тех, кого Создатель поставил выше всякой твари—людей. И даже те, кто до Христа назывались «язычниками» (сейчас это примерно две трети человечества), находятся под постоянным Божьим покровительством и попечением о спасении каждого. Все люди, независимо от их конфессиональной принадлежности или отсутствия таковой, остаются величайшим созданием Творца, о котором Господь непрестанно заботится и с одинаковой силой любит.Однако если все вышесказанное не—пустые слова, как же объяснить то, что каждая религия считает именно себя мерилом истинности и единственным источником спасения?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, попытаемся разобраться: что такое религия и вера? Религией мы можем назвать акт единения человека с Богом в молитве, живом общении, получении некоего Откровения свыше. Отсюда рождается и само определение веры как личного доверия Богу и Его слову, обращенному к человеку. Это легко представить на примере взаимоотношений ребенка со своими родителями, подчиненного—с начальствующим и т.д. Обращаясь к маме, ребенок питает доверие, любовь, а главное—надежду и твердую уверенность в том, что его просьба будет услышана, хотя и не обязательно исполнена. Все зависит от того, пойдет ли исполнение этой просьбы на пользу самому ребенку, что, несомненно, виднее именно родителям, как более опытным людям. Отсюда следует очень важный вывод: судить о религии может только тот, кто сам стал носителем Божьих даров—любви, радости, мира, долготерпения…(Гал.5:22-23).

Опыт общения каждого из нас с Богом неповторим, поскольку все люди индивидуальны, как индивидуальны первый крик у ребенка после рождения и последний вздох старика. Кто-то «кричит» к Богу всю свою жизнь в надежде, что его услышат, кто-то пребывает в тишине и молчании, видя Бога, что называется «лицом к лицу». Блаженный Августин рассказывает о своих сомнениях и терзаниях так: «А что же такое этот Бог? Я спросил землю, и она сказала: ,,Это не я,, , и все, живущее на ней, исповедало то же. Я спросил море, бездны и пресмыкающихся… и они ответили: ,,Мы не Бог твой; ищи над нами,, … Я спрашивал небо, солнце, луну и звезды. ,,Мы не бог, которого ты ищещь,,—говорили они. И я сказал всему, что обступает двери плоти моей: ,,Скажите мне о Боге моем—вы ведь не бог,—скажите мне что-нибудь о Нем,,. И они вскричали громким голосом: ,,Творец наш, вот кто Он,,. Мое созерцание было моим вопросом; их ответом—их красота». Бах взывал к Творцу своими музыкальными произведениями, святитель Феофан избрал путь затвора, где также творил свою молитву к Богу. Значит, если есть разные способы молитвы, то они могут быть действенны и в разных религиях?

С этим трудно согласиться так же, как и назвать все многообразие религиозных течений словом «религия». Ведь под этим понятием подразумевается нечто высокое, благородное: трезвение, очищение, ответственность, дисциплина… Из этих качеств становится понятным то, что ими могут, по словам философа И. А. Ильина, «располагать только исключительные натуры, и множество людей, не располагающих этими умениями и силами, будет легко становиться жертвой нечистой фантазии и неочищенного чувства». Отсюда и ответ на вопрос: почему в мире столько ложных откровений, видений, подлых и фальшивых учений, диких и извращенных обрядов, насилующих свободу и саму личность человека? Поэтому и религией можно назвать лишь то исповедание, которое дает человеку истинное видение Бога, не отнимая при этом свободу обращающегося и предоставляя право на личный опыт Богопознания. Но там, где религия начинает использоваться как случайный интерес, мода, развлечение или, что еще хуже, извлечение корысти, похоти, сладострастия, она низводится с религиозного уровня и перестает быть религией. Примером тому служит секта неохаризматов, неоднократно доказывавшая сугубо коммерческие интересы своей деятельности.

Только приобщаясь к высшему, человек начинает чувствовать себя вполне «взрослым», «самостоятельным», у него появляется чувство ответственности. А религиозность и есть источник духовного здоровья на все времена, без которого на земном шаре невозможна никакая добродетель, культура или общественная справедливость. Отрезок времени с 1917 по 1990 гг. отчетливо показал нам итог отсутствия религиозного чувства в сердцах. Русская нация «расшатала духовные основы своего бытия, заглушила в себе главную религиотворящую силу духа—сердечное созерцание—и растеряла свои святыни. Вследствие этого отмирает священная сердцевина ее культуры: ее жизнь становится бесцельна; ее творчество утрачивает свои высшие цели; ее благие цели становятся скудны и немощны; ее влечения—низменны, необузданны и злобны». Эти строки писались Иваном Ильиным в первой половине прошлого столетия, но с тех пор не многое изменилось. Все меньше людей продолжает обращать свой взор в мир духовный, многие же из тех, кто желает это сделать, направляются «слепыми вождями» на ложный путь, другие вовсе не знают, что есть еще что-то там, над нашими головами. Такого рода материализм, где бытие начинает определять само сознание человека, опустошает душу и со временем делает ее бессильной в сопротивлении злу. А что может быть лучше для порабощения человека со стороны дьявольских сил? Именно поэтому апостол Петр предупреждает нас: «Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить» (1Пет.5:8).

Каждый человек, просыпаясь утром, убеждается в том, что солнце все еще не погасло и продолжает дарить свет и согревать нас своим теплом. Но как мы сможем объяснить слепцу, что это действительно так? «Человеку неверующему рассуждать о религии—все равно, что слепому рассуждать об особенностях живописи Рембрандта»,—говорит диакон Андрей Кураев. Подобное происходит и с теми, кто «ослепил» свою душу. Вместо того, чтобы обращаться к религии и «вкушать» ее «чистые плоды», человек-слепец предпочитает за счастье питаться полуразложившимися суррогатами, носящими форму наукообразия или религиозности: астрологией, магией, сектантством, обещающими тайные плоды при условии продажи им своей воли, совести (этого неотъемлемого голоса Божьего в человеке), а в итоге—и самой бессмертной души. Хочется напомнить, что «где сокровище ваше, там будет и сердце ваше (Мф.6:21)».

Если, по мнению Аристотеля, человек действительно есть раб от природы и должен относиться к себе заведомо неуважительно (как поступают те, кто предает себя во власть «слепых вождей»), то весьма сомнительно, что от такого человека можно ожидать высокой нравственности и тонкого ума. Ведь у него перестает присутствовать личностное начало, индивидуальность и неповторимость, вместо чего появляется лишь стадное чувство: «шаг вправо, шаг влево—бездна». Господь никогда не действует такими методами. Он зовет к Себе свободного и ответственного человека, содействуя Своей благодатью, но не насилуя его личность, не делая человека слепым и враждебным самому себе. Спаситель не «тащит» к Себе человека помимо его собственной воли: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр.3:20). Другими методами действуют нынешние «маги», «просветители» и «пророки», коверкая души и судьбы доверчивых людей, воруя их материальное имущество и неповторимую индивидуальность, делая человека «как все».

Таким образом, мы приходим к выводу, что право называться религией должно быть дано не каждой человеческой организации, а только Божией. Лишь то исповедание, которое сможет за длительный исторический промежуток времени доказать духовность своего искания, своей веры и религиозной деятельности, может претендовать на высокое звание «религии». Именно так исповедание может получить общественный и государственный гарант поддержки своего существования.

Главным условием деятельности той или иной религии должна оставаться свобода человека как личности, что, к сожалению, отсутствует в замкнутых сектантских сферах. Это и является их главной ошибкой, и даже преступлением. Всякая власть—будь она церковной или светской, Божьей или сатанинской—совершает преступление, когда пытается руководить людьми при помощи «огня и меча», направляя их к Богу или против Него. «Нелепо строить Церковь на врагах и на рабах. Погибельно утверждать государство на враждебном и на рабьем правосознании. Ибо враг есть вечный вредитель, а раб есть готовый предатель…»,—писал И. Ильин.

Каждый человек должен учиться идти самостоятельным деятельным путем, становиться со-творцом Богу, а не пассивным сторонним наблюдателем, у которого жизненным девизом является фраза «будь что будет». Такое жизненное кредо ведет к скорому угасанию цели существования и, как итог, затуханию самой религиозности. Люди в данной ситуации нередко становятся жертвами или религиозного фанатизма, или безбожия, в надежде обрести себя в тупиковом положении. Человек же, находящийся в состоянии одухотворения, ведет насыщенную интенсивную жизнь. И, глядя на таких людей, невольно задумываешься: откуда они черпают свои силы, из какого неведомого источника берут их? Давайте обратимся к житиям святых, лики которых сияли «фаворским светом», когда они становились свидетелями Господней благодати, получаемой через молитву! По словам Платона, такие люди испытывают сразу два чувства—лишенности и изобилия—а это дарит человеку возможность искания и радости. Тогда человек начинает идти верным путем к Богу, любя совершенство и своей любовью соединяясь в совершенстве с Творцом.

 Диакон Сергий Шейко,
студент 4-го курса МинДС

Рекомендуем

В Минской духовной семинарии состоялась презентация сборника публикаций известного белорусского деятеля В. В. Богдановича (1878–1939)

В ходе мероприятия перед слушателями выступил составитель сборника, доцент кафедры истории Беларуси, археологии и специальных исторических дисциплин ГрГУ А.С. Горный.

В издательстве Минской духовной семинарии вышел сборник материалов XVII Семинара студентов ВУЗов Беларуси

В состав сборника включены 85 докладов участников форума, выступавших в рамках пленарного заседания, шести тематических секций, а также представивших свои сообщения в секции заочного участия.