ИНТЕРВЬЮ: Великий пост — время покаяния и молитв.

Архиепископ Гурий (Апалько)

Великий пост — особое, благодатное время для души православного человека. За шесть весенних недель каждый из нас должен постараться сделать все возможное, чтобы, с Божией помощью, изменить себя к лучшему. О том, как преуспеть в этом беседует с Управляющим делами Белорусского Экзархата, ректором Минских Духовных Академии и семинарии, наместником Свято-Успенского Жировичского монастыря архиепископом Новогрудским и Лидским ГУРИЕМ протоиерей Вадим Кузьмич.

 Ваше Высокопреосвященство, в эти дни прихожан на Богослу­жениях бывает значительно больше, чем обычно. И это есте­ственно: пост — самое время по­думать о том, как спастись в на­шем нестабильном мире.

 Спасти нас может только Гос­подь — настолько глубоко падение человеческое. Но не помимо воли человека. В богословии есть понятие синергизм (в переводе с греческо­го сотрудничество) — концепция, согласно которой человек должен сам приложить усилия, «содейство­вать» своему исправлению.

То есть Божественная воля хочет всем спасения, но для этого нужна еще и воля человеческая — как го­ворится, БОГ НЕ СПАСАЕТ НАС БЕЗ НАС. Всеми способами (посещением Богослужений, чтением молитв, соб­людением поста и пр.) необходимо нудить свою волю к собственному спасению. И обязательно нужно чи­тать Евангелие, чтобы просвеща­лись ум и сердце. Лишь тогда че­ловек постепенно начнет познавать волю Божию и, соответственно, со­вершенствоваться в выполнении Его Заповедей.

 А некоторые прихожане по наивности считают так: я верю в Бога, иногда бываю на Богослу­жениях — значит, место в раю мне обеспечено. Но ведь все не совсем так, Владыко?

Есть замечательная по своей сути мысль в православном Преда­нии. Если мы попадем в рай, то силь­но удивимся трем вещам: мы не уви­дим в раю тех, кто там должен быть по нашим человеческим понятиям; мы увидим тех, кого вроде там быть не должно; и, наконец, мы удивим­ся, что сами там оказались.

В храме, безусловно, нужно бы­вать как можно чаще, особенно в праздничные и выходные дни: ведь это Небо на земле!

Когда преподобный Сергий Радо­нежский совершал Литургию, мно­гие видели, как Ангелы сослужили ему и как он приобщался из Святой Чаши огнем.

Блаженный Нифонт, епископ Кипр­ский, стоя однажды в церкви на Па­триаршем Богослужении, как бы про­зрел духом и увидел огонь, снисшед­ший с неба и покрывший Алтарь и Ар­хиерея. Когда запели трисвятое, по­казались четыре Ангела и пели вместе с певцами. Так что храм — это место общения сил Небесных и земных.

Согласно учению Церкви, в нем христиане получают благословение Божие, способствующее успеху во всех добрых начинаниях. Сам Гос­подь невидимо наставляет моля­щихся.

 Есть, Владыко, и такая точ­ка зрения: если я хожу в церковь регулярно, значит, и земная жизнь моя должна быть устрое­на, и по смерти, само собой ра­зумеется, я попаду в Царствие Небесное.

 Это мысль ошибочная. Человек, согласно Библии, со­творен для сорадования Богу. Он ни в коем случае не «зарабатывает» свое спасение хорошими поступка­ми, потому что с Богом не может быть рыночных отношений.

Чтобы спастись, недостаточно только ходить в храм. Но тот, кто по­сещает храм регулярно, имеет боль­шой шанс на спасение, так как он на­верняка хоть раз подумал о грехах, вздохнул о себе и своих близких, по­молился. И, поверьте, ни одно дви­жение души не пройдет бесследно.

Святитель Иоанн Златоуст гово­рит: «Одно Господи помилуй, ска­занное в храме, действеннее тыся­чи поклонов, сделанных дома». Здесь человек как нигде замеча­ет, что он весьма далек от совер­шенства. Оказывается, можно на­ходиться в церкви, а умом успеть по­бывать и на рынке, и в магазине, и даже мысленно побеседовать с кем- нибудь.

Так что именно в храме наша внутренняя болезнь особенно силь­но проявляется: это как в темноте мы видим плохо, а на свету сразу за­мечаем все изъяны — так и тут. Ког­да благодать Божия касается чело­века, он осознает, что действи­тельно исполнен всяких недостат­ков, грехов.

Иначе нет смысла посещать храм. Если же человек пришел на Богослужение, просто постоял, думая о житейском, а то еще и осудил дру­гих — какая в этом польза? В храм приходят каяться.

Вспомним евангельский пример. Мытарь был синонимом окаянного грешника, но он пришел в храм, с со­крушением сердца молился и вышел более оправданным, чем фарисей, ко­торый всегда постился, старался изо всех сил жить праведно, благочести­во, выполнял все предписания зако­на. И он никогда не забывал благо­дарить Бога — но за что? «Что я не та­ков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что при­обретаю» (Лк. 18:12).

Таким образом, все доброе в себе фарисей перечеркнул гордынею, превозношением себя. Вот на­сколько тщеславие и честолюбие опасные страсти: окаянный грешник оказался духовно выше внешнего «праведника».

Так что, как видим, посещение храма может быть и во спасение, и в осуждение. Господь оценивает наши дела и поступки по плодам.

К сожалению, бывает и такое: не­которые женщины, придя в храм, спешат поскорее занять место на скамеечке, чтобы поболтать о жи­тейских проблемах или повздыхать о том, как у них ноги, руки болят.

Ведь зачем мы идем в церковь? На встречу с Богом. И стоим там пред лицем Его.

Ходить в храм необходимо и очень важно участвовать в таинствах цер­ковных. Но нужно все делать не как на ум взбредет, а правильно, с бла­гоговением, памятуя, что это Дом Божий.

 Ваше Высокопреосвященство, если христианин искренне ста­рается стать лучше, чего в пер­вую очередь он должен старать­ся достичь и от чего избавиться?

 «Научитесь от Меня, ибо Я кро­ток и смирен сердцем» (Мф. 11:29),  — говорит Господь в Евангелии. Но что такое смирение? Это бо­жественное свойство души, сама суть и сияние той Славы, которой, как мы поем за Божественной Ли­тургией, «исполнены Небо и земля».

Мы должны заботиться о приобре­тении смирения, чтобы быть похо­жими на Христа хоть немножко. А для этого следует соизмерять каждое свое слово, сравнивать каждый свой поступок, мысль, всю свою жизнь со Христом, потому что без Него на­стоящее смирение невозможно. Ина­че, как у того фарисея, даже вера мо­жет стать поводом для гордости.

В нашем сердце нет покоя только по одной причине: потому что нет смирения ни перед Богом, ни перед людьми. Мы хотим весь мир пере­делать под себя, а это есть наивыс­шее проявление гордыни.

 Бывает, Ваше Высокопрео­священство, что человек и в храм ходит, и молиться стара­ется, но никак не видит своих грехов. Что ему посоветовать в таком случае?

 Это свидетельствует об одном  — о духовной слепоте. Если человек не видит своих грехов, он находит­ся в состоянии душевной болезни.

Святые, у которых было острое духовное зрение, видели не то что де­сятки, а сотни своих прегрешений. Я читал перечисление грехов святого праведного Иоанна Кронштадтского, так там их почти на целую страницу — настолько острым было у него чувство восприятия своей греховности. Но эти грехи его были как пылинки, ко­торые мы и грехами бы не назвали. А святые их осознавали, оплакивали.

Старец Иосиф Афонский, которо­го называют Великим святым XX века, каждую ночь плакал о грехах своих. Каждую! А вот человек, ко­торый грешен и слеп, их совсем не видит. Но если захочет увидеть, нужно просить Господа открыть их.

«Просите — и получите» (Ин. 16:24), — говорит Спаситель. Но после прошения обязательно доба­вляйте: «Да будет воля Твоя, Гос­поди». Ибо для зрения своих грехов нужно большое мужество. Господь каждому по мере сил приоткрывает его внутреннее. Чем больше человек может понести, тем больше ему мо­жет быть открыто.

Есть молитва преподобного Еф­рема Сирина, она многократно чи­тается в Великом посту. Отцы Церк­ви советуют тем, кто не видит своих грехов, произносить эту молитву всегда: «Ей, Господи, даруй мне зрети моя согрешения и не осуждать брата моего».

 Можно сказать, Владыко, что грех осуждения — самый страшный?

 «Добрый человек из доброго со­кровища выносит доброе, а злой человек из злого сокровища выносит злое» (Мф. 12: 35), — говорит Спа­ситель. Нетрудно осуждающему по­нять, чем полнится его душа. Кто имеет привычку осуждать, тот доб­ровольно берет на себя работу беса.

Это очень опасно и тем, что грех осуждаемого всегда переходит на осуждающего. Одним словом осуж­дения мы убиваем в себе доброде­тель, благодать отходит, усилива­ется душевная болезнь.

На Суде мы предстанем пред Тем, чье имя — Любовь. Страшно пред­ставить то мгновение, когда мы окажемся перед лицем Божиим, когда, осуждая ближнего, уже ус­пели примерить на себя миссию Божию — судить.

Бог так возлюбил мир, что отдал за его спасение Своего Единород­ного Сына. Нам предложена была вся полнота Божественной любви, а мы ее отвергли, погрязли в грехах, и покаяние приносить, покинув зем­ную юдоль, уже поздно…

Так вот чтобы не было поздно, спешите, дорогие мои, в земной жизни очистить душу покаянием.

Святой праведный Иоанн Крон­штадтский пишет, что мысли о земном оземляют душу. А мысли о грехе и об­разы греха собираются в глубинах на­шей памяти, и если они не будут смы­ты покаянием и молитвой, то оста­нутся в Вечности в душе, как печать демонская, как клеймо отвержения.

Уходя, оставляя этот мир, мы за­берем с собой не материальное, а лишь то, что накопили в душе. Доб­рое или злое неотступно идет вслед за нами.

Давайте, дорогие читатели, вы­берем добро!

С архиепископом Новогрудским и Лидским ГУРИЕМ беседовал протоиерей Вадим Кузьмич, г. Новогрудок

Просмотрено: 59 раз.

Рекомендуем

Программа секции «550-летие явления Жировичской иконы Божией Матери, 500-летие Жировичского монастыря»

Работа секции пройдет 27 ноября 2020 г. в рамках Шестых Белорусских Рождественских чтений «Историческая память народа: 550-летие явления Жировичской иконы Божией Матери, 500-летие Жировичского монастыря, 800-летие святого благоверного князя Александра Невского».

Преподаватели семинарии приняли участие в ежегодной научной конференции Минской духовной академии

Доклады преподавателей семинарии прозвучали на пленарном заседании и в рамках работы секций "Актуальные проблемы истории Русской Православной Церкви в XVІ–ХІХ веках", "Актуальные проблемы истории Русской Православной Церкви в ХХ веке", "Актуальные вопросы церковно-практических дисциплин", "Актуальные проблемы современного религиоведения".