Что тебе снится, Академия?

1 (1)В 1996 году в Жировичах начала свою деятельность Минская Духовная Академия. До 1917 года на современных белорусских землях действовало пять Духовных Семинарий, но не было ни одной Духовной Академии. Мало кому известно, что еще во второй половине XIX века оживленно обсуждалась идея создания православной Духовной Академии на белорусских землях. Что же помешало создать высшую православную богословскую школу тогда?

Авторами идеи создания белорусской православной духовной Академии стоял небезызвестный всем граф Муравьёв и митрополит Иосиф (Семашко). Было естественным думать о таком шаге. После польских восстаний русское правительство осознало необходимость ликвидации польского наследия на территории Северо-западного края. Движение этому делу на государственном уровне дал новый попечитель Виленского учебного округа Помпей Николаевич Батюшков. Был составлен даже проект устава Виленской православной Духовной Академии тогдашним митрополитом Литовским Макарием. Граф Толстой его одобрил и препроводил в Министерство финансов. Но здесь затруднялись отпустить указанную в проекте сумму в 96400 рублей, да и система управления Краем после Муравьёва была направлена не к тому, чтобы хлопотать об учреждении в Вильно академии, да к тому же ещё и православной. После нерешительного отзыва Московского митрополита Филарета, тогдашний обер-прокурор Синода Ахматов решительно высказался против этой идеи. В Северо-западном крае губернатором был назначен граф Потапов, поддерживавший польские настроения. И дело об основании академии заглохло. Таким образом, после смерти графа Муравьёва в 1865 году, эта идея не поддерживалась Российским правительством и потому осталась лишь на бумаге. Боязнь русских властей, что Православная Виленская академия станет рассадником бунтарских идей, как это было в своё время с Виленским Университетом, широко пропагандировалась её противниками. Многие публицисты удивлённо подмечали: «Как может православная академия стать орудием польского сепаратизма?».

Подобные мнения можно объяснить тем, что даже при Александре III в белорусских землях был всё ещё сильным польский элемент. На протяжении всего времени существования Северо-западного края после присоединения при Екатерине II белорусских земель, здесь не было открыто ни одного высшего учебного заведения.

В 1882 году Святейший Синод вновь рассматривал этот вопрос. Но на этом, к сожалению, всё и закончилось. Печатные издания того времени «Русь», «Современные Известия», «Новое Время», «Литовские Епархиальные Ведомости» живо отозвались на эту новость рядом публикаций. Так протоиерей Иоанн Котович, редактор «Литовских Епархиальных Ведомостей, поместил в журнале даже проект академии, некогда составленный митрополитом Макарием (Литовские Епархиальное ведомости. 1882. №12,13,17). Его передал лично П.Н. Батюшков самому отцу Иоанну после того, как дело не было поддержано. Целый хор публицистов считали, что именно сильное польское влияние в Северо-западном крае способствовало тому, что проект академии заглох. Думаю, не стоит передавать все те настроения и негодования, которые были связаны с этим. Заметим лишь один факт. После воссоединения и после смерти графа Муравьёва до 1880 года православие в Белоруссии вновь стало притесняться со стороны про-польских властей. На местах воссоединившихся крестьян буквально душили увеличенными в два, а то и в три раза налогами и разными повинностями по волости. Их жалобы не рассматривались, и многие низшие чиновники давали совет перейти в католичество. Естественно, что простой забитый трудяга так и делал. Таким образом, становятся отчасти понятными причины, по которым идея духовной академии в Вильно не нашла своего осуществления.

1 (1)

Решительным поборником создания академии был М.О. Коялович. Он считал, что академия должна строится по типу русских духовных академий вообще. Но при этом не исключал возможности сообразовать её с местными особенностями Края. Будучи церковным историком, он связывал эту идею с некогда существовавшей Острожской Академией, основанной ещё Константином Острожским. Актуальность этого вопроса состояла, по его мнению, в том, что необходимо было создавать свою духовную высшую школу, где обучались бы местные жители, знакомые с бытом и языком народа. Дело в том, что сразу после воссоединения униатов с православными, священников для белорусских земель присылали из России. Только немногие белорусские семинаристы становились студентами различных духовных академий, преимущественно Санкт-Петербургской. Таким образом, утверждая необходимость своей местной Духовной академии, Михаил Осипович отмечал: «…В воспитанниках недостатка не будет ни в семинариях, ни в Академии: пусть только средства, идущие на содержание в духовно-учебных заведениях воспитанников духовных, безразлично употребляются на содержание в них детей всех званий, православного, конечно, исповедания, подобно тому, как на средства братские церковные воспитывались в братских школах бедные дети без различия звания и происхождения» .

Сейчас мало кому известный белорусский церковный историк и учёный, преемник Михаила Осиповича, Платон Николаевич Жукович в начале прошлого века также поддерживал необходимость создания в Вильно православной Духовной Академии. По его мысли, это укрепило бы позиции Православия на территории Белоруссии и сделало бы более популярной русскую идею.

По его мысли, основание такой академии диктовалось самой жизнью: «В то время, как число светских образованных людей всюду, в самых глухих уездах, сильно возросло по сравнению с теми годами, число священников с высшим богословским образованием в Западной России не увеличилось, а скорее уменьшилось. Между тем, современная жизнь предъявляет к духовенству всё более трудные и сложные требования, для удовлетворения которых нужны и большие специальные знания, и приобретенная в высшей школе дисциплина ума, и более широкое церковно-государственное миросозерцание. … Даже для удовлетворения религиозно-церковных школьно-образовательных целей православная иерархия в Северо-западном крае не обладает достаточным количеством лиц с высшим образованием. Здесь не редкость встретить такое правительственное средне-учебное заведение Министерства Народного Просвещения и тем более Ведомства Учреждении Императрицы Марии, где преподаватели всех учебных предметов—люди с высшим образованием, за исключением одного лишь законоучителя. Учительские семинарии, где законоучитель—кандидат богословия, в северо-западном крае редкое исключение» (П. Жукович, проф. Записка о духовной академии в Вильне // Прибавление к Церковным Ведомостям. №6.–С. 306-307).

Во многих существующих тогда академиях, при наличии в них значительного числа западно-русских студенческих стипендий, не преподавались специальные для Северо-западного края дисциплины. Это История Западнорусской Церкви, история западнорусского новоиудейства, литовский язык, а также сравнительное богословие, которое не имело особого успеха в академической среде из-за своей сложности и, по сути, ненадобности. Эти три предмета и предлагает Платон Николаевич в качестве необходимых.

Второй причиной, указывающей на необходимость создания православной академии в Вильно, профессор считает богатое историко-архивное наследие, которое сосредоточилось в Виленском центральном архиве древних актовых книг и Виленской Публичной Библиотеки. Такой громадный запас неразработанного исторического материала позволил бы как нельзя лучше реализоваться новооткрытой православной академии.

Третья причина заключается в необходимости общего подъёма православно-общественного просветительского движения, которое противостояло бы разлагающему действию неправославного влияния. Тем более это актуально было после акта 17 апреля 1905 года, когда в Белоруссии польский и иудейский элементы ещё более укрепились. Описывая положение в Северо-западном крае, Платон Николаевич говорит о том, что данной местности очень мало русских периодических изданий в сравнении с польскими. Тем более, что в Белоруссии не было ни одного высшего учебного заведения. Сознавая это, русская патриотическая интеллигенция в 1913 году, весной обратилась с просьбой к Председателю Совета Министров и Главноуправляющему Землеустройством и Земледелием. Было получено обещание удовлетворить просьбу об открытии новых учебных заведений на территории Белоруссии. Были намечены города Минск и Витебск. Вильно был признан неподходящим городом, все боялись повторения печального опыта Виленского Университета.

По поводу академии в Вильно в начале прошлого века так же высказывалось Объединённое собрание Виленских русских патриотических организаций. Которые на неё одну возлагают надежду, как на оплот русской государственности на белорусских землях .

Милостью Божией и трудами Высокопреосвященнейшего Митрополита Филарета, идея создания на белорусских землях православной духовной академии воплотилась в жизнь. Современное общество ставит перед нашими студентами немного иные задачи, нежели это было в дореволюционное время. Тем не менее, и сегодня расцвет церковной науки состоит в прямой связи с разивитием Минской Духовной Академии независимо от ее местонахождения. Мы уже видим, и надеемся, что в будущем увидим еще больше плодов деятельности Академии, что очень будет способствовать ко благу Православной Церкви в Беларуси и духовному оздоровлению всего белорусского народа.

    Павел Красиченко, 
студент III курса МинДА

Рекомендуем

Вышел первый номер научного журнала "Белорусский церковно-исторический вестник"

Издание ориентировано на публикацию научных исследований в области церковной истории. Авторами статей являются преимущественно участники Чтений памяти митрополита Иосифа (Семашко), ежегодно организуемых Минской духовной семинарией.

Принимаются статьи во второй номер научного журнала "Труды Минской духовной семинарии"

Целью издания журнала «Труды Минской духовной семинарии» является презентация и апробация результатов научной работы преподавателей и студентов Минской духовной семинарии.