Выход есть!

1Проблема алкоголизма касается не только людей, зависимых от алкоголя, но также их родственников и близких. О работе анонимного сообщества «Ал-Анон», которое помогает людям, попавшим в зависимость от алкоголя через своих родственников, мы попросили рассказать ее участниц — Ольгу и Наталью…

— Расскажите о сообществе Ал-Анон и о том, как появилась именно ваша группа.

Ольга: Позвольте немного зачитать из нашей литературы о сообществе вцелом.

Идея создания семейных групп родилась примерно в то же время, что и идея создания сообщества анонимных алкоголиков (АА). В годы основания АА, с 1935 по 1941, близкие родственники выздоравливающих алкоголиков осознали, что для решения своих собственных проблем следует применять те же самые принципы, которые помогли алкоголикам в их процессе выздоровления. В результате родные и близкие членов АА стали собираться и обсуждать свои общие проблемы. В 1951 году жены членов АА создали организационный комитет, который после опроса членов назвали Ал-Анон.

— Расскажите именно о вашей группе, историю ее основания.

Ольга: Я пришла в группу «Родник», когда она уже существовала. По городу существует несколько групп Ал-Анон, а само движение в Беларуси появилось в 1991 году.

Наталья: Эта группа возникла так же, как и первая в истории. Вначале была просто группа АА. С 2003 года с помощью врача-нарколога и двух жен алкоголиков было решено создать группу для родственников, и тогда начала свою работу эта группа. Группа разрослась – собрания проводились сначала 1 раз в неделю, потом 2, сейчас уже 3.

— Каково примерное количество членов группы и ее структура?

Ольга: Я не веду статистику. Могу лишь сказать, что на больших собраниях, когда мы проводим какие-то мероприятия, приезжает от 60 до 100 человек. Собрания посещают только родственники алкоголиков. Сами анонимные алкоголики приходят только на собрания собственных групп.

Наталья: Важно также то, что у нас нет руководителей, у нас есть группа, которая решает, как проводить собрания и планировать мероприятия. Формальные должности существуют, но решения принимаются именно группой, а не отдельными людьми. Нельзя сказать, что кто-либо является главным человеком в Ал-Аноне. Есть лишь облеченные доверием исполнители. Применяется принцип смены руководства, чтобы все члены могли поучаствовать в служении и таким образом приобрести опыт и получить помощь.

— Что вы можете сказать о проблеме созависимости, исходя из опыта работы в группе?

Ольга: Есть такое понятие — понимание семейной болезни алкоголизмом. Поскольку мы родственники алкоголиков, мы можем рассказать о жизни с алкоголиком на этапах болезни и выздоровления. Долгие годы до Ал-Анона я и не подозревала, что меня так близко это коснется. Я считала себя свидетелем, сторонним наблюдателем, который лишь страдает. Но мои реакции, ссоры и нервные срывы говорили о том, что я теряла здравомыслие. И только потом, когда я пришла в группу и начала читать нашу литературу, я поняла, что алкоголизм как явление распространяется на всех людей, которые живут рядом. Ближе всего воздействие на наиболее близких людей — матерей, детей, жен. Сама того не осознавая, я действовала согласно этой болезни. Я стала неуравновешенной, появилась одержимость контролировать, лечить, спасать алкоголиков, т.е. жить не своей жизнью. Додумывая их жизнь, я теряла свою.

Наталья: Хоть я и не вышла замуж за алкоголика, но я увидела в себе последствия того, что я выросла в семье с алкогольной проблемой. Когда я поняла, что меня не случайно привлекают молодые люди, у которых проблемы с алкоголем или есть какая-то другая зависимость, я стала искать помощи и пришла в группу. Отсюда я узнала, что близкие перенимают жизнь (чувства и реакции) зависимого человека, становятся его зеркалом. Это ведет к потере здравомыслия. Даже если зависимого человека с некоторой поры нет рядом, бессознательно продолжаешь действовать так, как научился в семье. Легче общаться с людьми, у которых были похожие проблемы. Целью становится изменение и улучшение другого человека, лишь бы только не обращать внимания на свою боль и на свои травмы, и в результате возникает опасность создать такую же семью, как и родительская. Я осознала четко: такого детства и такой юности своим детям я не хочу. Для меня было огромным облегчением прийти в группу после того, как я осознала свое бессилие перед болезнью. Было слишком страшно поверить, что я не смогу. Здесь я увидела позитивно настроенных людей, которые, тем не менее, которые справляются с болезнью.

Первым и самым важным шагом было признать свое бессилие перед болезнью, вторым — признать существование помощи и принять ее — помощь Бога.

— Каковы методы сообщества Ал-Анон, и как проходят собрания?

Ольга: Основой Программы выздоровления в Ал-Аноне является так называемый «треугольник» из 12 Шагов, 12 Традиций и 12 Принципов служения. Мы не ищем трезвости для себя, мы ищем для себя жизненной гармонии. В нашей литературе передан опыт проведения собрания первых групп Ал-Анона. На каждом собрании группы зачитываются 12 Шагов, 12 Традиций. Мы изучаем традиции, шаги, девизы. Касаемся проблем совместной жизни. Особо отмечу, что группа полностью анонимна: значения не имеют имена, пол, возраст, раса, вероисповедание, образование, политические убеждения. Единственное условие — принятие своей причастности к проблеме. Анонимность заключается также в том, что важны принципы, а не личности. Анонимен у нас Бог, мы признаем лишь существование безымянной Высшей Силы. Сюда приходят люди атеистически настроенные, отрицающие Бога, но некоторые из них принимают идею существования Высшей Силы.

Наталья: Мне кажется, что самой главной основой работы группы является опыт. Опыт отражен в литературе, это также опыт духовного роста человека. Благодаря духовному росту человек может нести свой опыт, свою надежду, веру другим людям, которые вновь пришли и нуждаются в этом. Если члены группы желают, то они могут читать молитвы. Если человек выбирает наставника для прохождения программы, то действует принцип свободы — наставник лишь подскажет, но не будет навязывать или контролировать.

— Существуют ли какие-либо сроки восстановления?

Наталья: Измениться быстро не получается. Это процесс не на год. Есть программа, и если идти целенаправленно, то выздоровление наступает и сам процесс начинает приносить радость. Вся жизнь перестраивается и зачастую становится неотделимой от процесса Пути. Лично я здесь 5 лет, и я не хочу уходить. Для меня этот процесс стал приятным и радостным.

Ольга: Бывает всякое. Есть принцип свободы, о котором мы уже говорили. Никто никого не заставляет. Мне доставляет удовольствие общаться с людьми, которые уже около 19 лет на пути к выздоровлению, несмотря на то, что рядом с ними уже нет алкоголиков. Я не считаю нужным уходить из программы, потому что не чувствую, что окрепла полностью. Программа Ал-Анона — как школа жизни, как лестница, по которой хочется идти вверх.

— Существуют ли конкретные рекомендации для близких по отношению к действиям алкоголика в семье?

Ольга: До Ал-Анона я не понимала предложений: «Дай человеку пожить своей жизнью», «Уходи, если невыносимо». Для меня поначалу легче было понять, что не нужно делать, чем что делать. Прямые последствия употребления должен почувствовать сам пьющий человек. Я начала с того, что перестала помогать оплачивать долги, вытаскивать из проблемных ситуаций. Если человеку помогают, он не осознает проблему. Каждый человек может сам выбрать, с чего начать. Одна женщина, когда я только пришла, рассказала, как она действовала: она приносила в дом только минимально необходимое для себя и для детей. Тогда я подумала, что могу брать на вооружение опыт других. Суть сводится к простому — не помогать человеку пить. Иначе — из лучших побуждений — болезнь будет затягиваться.

Наталья: В моей семье была очень психологически нездоровая атмосфера. Я поняла, что начинать нужно с себя. Важно эмоционально отделиться от болезненных проявлений алкоголизма близкого, и в этом нет ничего постыдного или плохого. Болезнь есть болезнь. Вторым моментом было осознание того, что нужно твердо следовать выбранному пути, не повторяя нездоровых автоматических реакций. То есть достаточно много времени я потратила на работу над собой и лишь потом начала предпринимать действия. В моем случае я просто дала отцу доступ к литературе, без уговоров и принуждения. Через некоторое время я узнала, что отец начал ее читать.

— Насколько быстро понимает алкоголик необходимость перемен?

Наталья: Человек свободен в выборе — дальше разрушать себя или, достигнув дна, оттолкнуться и пойти вверх. Когда это произойдет — неизвестно, но всегда нужно надеяться.

Когда начинаешь работать по программе для родственников и видишь, сколько нужно изменить в себе, нужна вера, что близкий человек выберется. Но все-таки основной целью программы является собственный рост. Только так можно помочь алкоголику.

Ольга: Мне, например, была важна трезвость брата, но независимо от этого я научилась выстраивать с ним отношения. Он признает свою проблему, но пока не хочет быть трезвым. Еще я поняла, что нельзя брать на себя роль Высшей Силы, иначе я не дам Богу помочь этому человеку. Как только я изменяюсь сама, алкоголику становится легче.

Главное — искать причины и возможности выздороветь у себя, во многом остальном — забота Бога.

  Беседовал Сергей Палатников, студент 3 курса МинДС

Контакты сообщесва Ал-Анон в РБ:
тел.: 8-(029)-550-54-24
(с 20.00 до 22.00)
почта: 220050 г.Минск, а/я 458
e-mail: al_anon@open.by

Рекомендуем

Вышел первый номер научного журнала "Белорусский церковно-исторический вестник"

Издание ориентировано на публикацию научных исследований в области церковной истории. Авторами статей являются преимущественно участники Чтений памяти митрополита Иосифа (Семашко), ежегодно организуемых Минской духовной семинарией.

Принимаются статьи во второй номер научного журнала "Труды Минской духовной семинарии"

Целью издания журнала «Труды Минской духовной семинарии» является презентация и апробация результатов научной работы преподавателей и студентов Минской духовной семинарии.