«Несерьезная Заповедь»

Автор: Дмитрий Павлюкевич

Третья заповедь Декалога, пожалуй, самая сложная для понимания. Сложная, не из-за своей витиеватой формулировки или широкого смыслового спектра, который не сразу удается проанализировать, а как раз наоборот. Как-то она слишком проста на первый взгляд.

Важность остальных заповедей как конституирующей основы христианства или общечеловеческих ценностей очевидна и понятна даже людям с нерелигиозным сознанием. Понятно, что Бог может быть только один, понятно, что идолу нельзя служить вместо Бога, понятно что убивать нельзя ибо всякая жизнь в руках все того же Единого Бога… На фоне всех этих серьезных и фундаментальных законов, запрет на употребление имени Божия напрасно, звучит каким-то мелочным, приземленным требованием. Неужели стоит видеть в этом проявление надменности и самовлюбленности Божества, мнительно трясущегося над своими честью и достоинством? Но это очевидный абсурд. Тем не менее, если не сводить все только к примитивному запрету на «божбу» и упоминание имени Божия в бытовом общении, в чем тогда найти ее смысл?

На самом деле, сложность понимания третьей заповеди связана с различным восприятием имени в древней и современной культурах. Сегодня имя, как и многое другое, утратило свое сакральное значение, выполняя только утилитарные функции. В основном, оно используется в межличностном общении для обращения или обозначения какого-то конкретного человека. Пожалуй, все.

Однако у народов Древнего Востока значение имени не исчерпывалась ролью идентификационного номера. Для этой культуры имя являлось символом и выражением сущности человека, не просто отделяющим его от остальных индивидуумов, а предоставляющим знание о его свойствах. Считалось, что между именем и личностью существует нераздельная связь. Они практически отождествлялись. Поэтому знание имени давало определенную власть над именуемым. Примером может послужить наречение Адамом имен всем животным в знак господства над ними. Отсюда вытекает культовое значение имени. Таким образом, имя для человека Древнего Востока – это средство воздействия на божество, магическая формула способная заставить высшие силы сделать то, что нужно магу. Часто высшие божества Востока имели множество имен-заменителей, которые должны были запутать человека и скрыть за собой как за облаком подлинное, таинственное имя. Иначе они не смогли бы остаться верховными и неподвластными. Например, верховное божество Вавилона Мардук, имел пятьдесят имен.

С этого момента смысл третьей заповеди становится более понятным. Господь опасается, что Народ Божий проведший среди египтян 400 лет и направляющийся в землю, где его будут окружать множества языческих племен, станет по их примеру употреблять имя Божие в магических ритуалах, то есть впустую или, что то же, «всуе».

Однако Его опасения отнюдь не тождественны тем, что были у недавно упомянутого вавилонского Мардука и третья заповедь дана людям не потому, что Господь испугался, будто человек сможет им управлять. Такое в принципе невозможно, о чем еще будет сказано в свое время. Господь «испугался» не того, что Он «потеряет» человека, а того, что человек поступая как язычник, может потерять Его.

Два типа религиозных отношений

И дело здесь вот в чем. Само слово религия с латинского religare переводится как связь или отношение. Но религии отличаются не только тем, что предлагаю наладить связь с разными богами, каждая со своим. Сам тип связи, сам тип отношений между человеком и богом (богами) в разных религиях разный.

Один из таких типов религиозных отношений – магический, в этой статье уже был упомянут. Подругому его можно обозначить как потребительский или утилитарный. Человек при этом не замечает в божестве самостоятельную личность. Он смотрит на него как на вещь и так же к нему относится. Божество для мага просто бездушный (даже если и называется духом) инструмент для достижения собственных желаний. Чем-то это напоминает отношения в социалистическом обществе, где его члены для компартии, прежде всего трудовые единицы, а потом уже люди.

Параллельно с этим, существует не менее древний тип религиозных отношений – личностный тип. Это вид отношений запечатлен в опыте израильского народа. Приблизительно за тысячу девятьсот лет до н.э. в стране халдеев Бог открывает Себя конкретному человеку по имени Авраам. Этот же самый Бог общается с сыном Авраама Исааком, и его внуком Иаковам и т.д. Все они встречается лицом к лицу с Богом как с личностью, как мы встречаемся с человеком, с которым можно беседовать, можно непосредственно общаться, можно сказать «ты». Именно потому что этот Бог личен, Он самостоятелен, в отличие от магических божеств. Как и в случае с человеком, библейскому Богу нельзя приказать или воздействовать насильно, Его можно только просить, вести с ним равный диалог.

Разница этих двух типов религиозных отношений очевидна. В первом случае бог воспринимается как вещь, как один из элементов природы в ряду точно таких же бездушных предметов. Во втором – Бог это самостоятельная личность, свободный субъект общения. Для магического мышления возможен только монолог мага со стихией\богом. Для личностного мышления открывается возможность диалога.

Имя — есть основной индикатор личностных отношений. Мы называем по имени только тех, с кем можно вести диалог, кто может нам ответить. Всем остальным предметам мы даем названия. Магия обезличивает предмет религиозного почитания, он низводится до уровня вещи. Имя собственное становится здесь именем существительным. Именно этого и «опасался» Господь. Третья заповедь запрещает использовать Имя Божие в последнем смысле, т.е. запрещает воспринимать его как вещь, а не как личность. В этом видна связь Третьей Заповеди со Второй. Согласно Второй Заповеди человеку воспрещается отождествлять Бога с материей, с идолом. Личного Бога невозможно уподобить какой-то материи. Ибо основное свойство личности – уникальность, ей нигде нельзя найти соответствие, ибо она единственна. По той же причине, т.е. потому что Бог живая личность, им невозможно управлять и манипулировать, попытки к чему и запрещаются в Третьей Заповеди. Управлять можно материей. Взял табуретку и поставил на определенное место. Она никуда оттуда не уйдет.

А с личностью по-другому. У личности своя воля. Личность делает, что сама хочет, и на ее выбор вы можете только повлиять, но не «запрограммировать» его. Примечательно, что в магических культах узнать имя бога сложно, это объект тайного знания. Бог боится, что им овладеют. Бог Народа Израильского Сам открывает свое имя людям для возможности диалога.

Манипуляция и доверие

Очевидно так же, что причиной появления магии как типа религиозного сознания стал человеческий комплекс зависимости и уязвимости перед грозными силами природы. Человек чувствует опасность со стороны окружающего мира и пытается от нее защититься. Как и многое в истории, поменяв свое обличие, этот тип религиозности встречается и сегодня. Если раньше человек считал себя зависимым от природы, то теперь он связывает свою судьбу с курсом доллара. Магия же, обещая с помощью заклинаний и ритуалов усмирить природные стихии (или брокеров на бирже) успокаивает человека, создавая иллюзию могущества.

Но что за этим кроется? Когда человек обращается к услугам экстрасенса, или следует фэн-шую, или же верит в приметы, он, по сути, снимает с себя ответственность. И отныне его успех на работе зависит не от него самого, а от мощности ауры «бабы Маши», благополучие в доме — от правильности расстановки мебели и сакральных статуэток, а в том, что его сбила машина, когда он переходил дорогу на красный, конечно же, винит не себя, а черную кошку.

Кроме того, магия всегда предлагает попытаться манипулировать людьми. Рекламу заговоров, сглазов, приворотов-отворотов, наведения и снятия порчи можно встретить сегодня повсеместно. Причина популярности этих услуг также лежит на поверхности. Другой человек зачастую непредсказуем, им нельзя управлять как вышеупомянутой табуреткой. А иногда так хочется. Таким образом, причина здесь в желании подчинить себе других и использовать их в собственных целях. Или по-другому – эгоизм.

Бог Библии предлагает нам другой тип отношений. Отношения, построенные не на манипуляции, а на доверии. В этих отношениях нет уверенности, и никто не может предоставить гарантий их прочности. Но в этом нет их недостатка, напротив, заключается огромное преимущество — именно это делает их свободными и искренними. Не думаю, что кому-то было бы приятно, если его любили, потому что должны, потому что они напились любовного зелья и теперь не могут не любить. Куда радостнее понимать, что он/она не обязан(а) тебя любить, но все-таки любит. Богом Библии невозможно манипулировать, его можно лишь просить. Поэтому глупо заказав в церкви молебен, приходить к священнику и жаловаться что он «не подействовал». Глупо на том основании, что мы поставили свечку требовать от Бога непременного исполнения своей просьбы. Глупо, потому что мы обращаемся к Богу как к личности, а не как к подневольному джину.

Кроме того, тот человек, который хочет управлять Богом, или хотя бы, чтобы Он исполнил его желание, о котором человек заказал молебен должен быть достаточно уверен, что ему это действительно нужно и пойдет на пользу. Как сказала однажды моя подруга: «Бог может сделать так, как ты просишь, но сделал бы намного больше и лучше, если б ты позволил ему действовать сам».

 

Рекомендуем

Вышел первый номер научного журнала "Белорусский церковно-исторический вестник"

Издание ориентировано на публикацию научных исследований в области церковной истории. Авторами статей являются преимущественно участники Чтений памяти митрополита Иосифа (Семашко), ежегодно организуемых Минской духовной семинарией.

Принимаются статьи во второй номер научного журнала "Труды Минской духовной семинарии"

Целью издания журнала «Труды Минской духовной семинарии» является презентация и апробация результатов научной работы преподавателей и студентов Минской духовной семинарии.