«Вся моя жизнь — поиск»

Для справки: Диакон Иоанн Лященко — родился в 1986 г. в г. Минске. Окончил СШ №196 МГПТУ №55 строитель по спец. «столяр, плотник». В 2005 г. окончил Школу звонарей при Минском епархиальном управлении. В 2010 г. на отлично окончил Минскую духовную семинарию. Студент 2-го курса Минской духовной академии. Женат. Студент БГПУ им. Танка, специальность «психология семейных отношений». Клирик прихода Рождества Христова г. Борисова. Член клуба православных следопытов «Немига» при Свято-Петро-Павловском соборе г. Минска.

Строитель, звонарь, бакалавр богословия, диакон, получающий образование психолога – все это один человек. Герой рубрики «Семинария в лицах» — студент Минской духовной академии диакон Иоанн Лященко.

Где Вы родились и кто Ваши родители, как проходило детство?

Родился я в городе Минске. Мама, Евгения Александровна, работала на часовом заводе. Учился в средней школе №196, в Уручье. На пару лет старше меня там же учился ещё один будущий священнослужитель — отец Алексий Кондрашов. Из-за живости своего характера учился я так себе. Я был весьма «шебуршным» ребенком, заводилой в разных проделках. Однажды я понял, что надо как-то менять свою жизнь, и разработал план перемен, первым этапом которого стало поступление в строительное училище. Но перед этим у меня возникло бессознательное искание Бога.

С чего началось это искание? Была у меня бабушка – Лидия Петровна Лященко. Она была человеком искренне верующим. В детстве я очень любил с друзьями ходить на рыбалку. В поисках улова забирались в разные глухие уголки. Бабушка писала на листок бумаги 90-й псалом, молитву «Да воскреснет Бог», чтобы я, случись что, мог ее почитать. В то же время бабушка пыталась водить нас и в храм, но я отчаянно сопротивлялся, потому что смотреть мультфильмы по черно-белому телевизору было гораздо интереснее, нежели ездить на автобусе в далекое село Николо-Шанга, где меня когда-то крестили.

Расскажите какой-нибудь яркий случай из детства.

Всё своё детство я сейчас вспоминаю как одно сплошное лето. Тогда я уезжал в небольшой провинциальный городок Шарья в Костромской области, где жили мои бабушка и дедушка. Меня с младшим братом Ильёй часто закрывали дома, чтобы мы никуда не улизнули, пока родители работали на огороде. Но я очень быстро научился пользоваться пожарной лестницей. Городок был маленький, где все друг друга знали. Вот выходят люди из подъезда в доме напротив, а тут шестилетний мальчуган бодренько слезает по пожарной лестнице. Дело в том, что до самой лестницы еще надо было дотянуться из окна, и это было самым опасным моментом. Дом был двухэтажный, старой постройки. Сначала было страшно, но после двух-трёх опытов закрытые двери нас уже не могли удержать. Как-то раз мы убежали на озеро и целый день катались на плотах. Щекотало нервы то, что плавать умели не все (и я в том числе). А после того, как я вернулся, меня ждала бабушка с ремнем, чтобы преподать внуку ощутимое назидание.

Ваше детство отличалось от детства современных детей?

Безусловно. Во-первых, в моем детстве не было компьютера, который сейчас есть почти у всех детей. Когда родители дают ребенку отдельную комнату, отделяют его от общения с другими членами семьи, оставляют его без внимания, я думаю, из этого ничего хорошего не получится. Это безответственное отношение к детям. Несмотря на то, что мы часто убегали, были предоставлены сами себе, родители уделяли нам свое внимание. Я знал, что я комуто нужен. Я не уверен, что у современного ребенка есть такое чувство «нужности». Все потому, что родители часто просто занимаются зарабатыванием денег. Это порой похоже на какую-то одержимость. Когда мы росли, дети были во дворе. Сейчас же общение во дворе все чаще заменяется виртуальной реальностью.

Отец Иоанн, как Вы пришли к вере?

Собственно, благодаря примеру бабушки я и стал человеком верующим. Я видел, что есть реальная живая вера. К тому времени, как я утром собирался на рыбалку (часов в пять утра), бабушка уже стояла на коленях и молилась. Для меня это было как-то дико и непонятно, но, в то же время, не хотелось ей мешать.

Потом уже в школе началось какоето искание. Искание самого себя, потом, наверное, искание Бога. Интересно, что до того, как я начал искать Бога, у меня появилось желание стать священником. Самое смешное – это то, что я не знаю, почему именно так. Потом я начал интересоваться верой, записался в воскресную школу при минском Кафедральном Свято-Духовом соборе, где познакомился с иереями Андреем и Александром Волковыми (уже выпускниками Академии). Директором этой школы был отец Феодор Кривонос – первый преподаватель Семинарии, с которым я познакомился. Воскресная школа дала мне некую базу знаний. Еще я каждый день после школы ходил на службу в собор, напросился читать на клиросе. Я еще ничего особо не понимал, просто стоял и запоминал, молился, как умел и мог. Затем я параллельно записался в сестричество во имя праведной Софии Слуцкой. Мы ездили помогать в центр травматологии. Никогда не забуду случай с молодым человеком, которому было 23 года. Накануне он широко отметил какой-то праздник, а потом сел за руль нетрезвым… Его извлекли из покореженной машины и были вынуждены ампутировать обе ноги. От него отказалась его девушка, родителям он сказал, что сам будет разбираться со своими проблемами. Он уже готов был полезть в петлю. Мы с ним совсем немного пообщались, но у него появилась надежда но то, что это совсем не конец. Я не знаю, что произошло с ним дальше.

Кстати, жизнь моей бабушки закончилась делами милосердия. Она всегда помогала неимущим знакомым, нищим, пьяницам: приводила их к себе домой, кормила, потом отводила к женам. В старости помогала нищим тем, что она выращивала на огороде. Она умерла, когда шла кормить больного родственника. Поднималась по лестнице, и у нее случился инсульт. После этого она 6 дней лежала парализованная. Ещё одним откровением для меня стал момент её смерти, свидетелем которой я стал. Этот последний выдох и тайна, которую человек уносит с собой, какое-то прикосновение к запредельному…

Вся моя жизнь – это некий поиск. Поиск самого себя. Это некоторого рода эгоцентрический подход, но, познавая себя, я могу понять, что нужно другим людям, хотя мы все разные, и это нужно учитывать. Опыт богообщения нельзя передать, но я думаю, что некоторым образом его можно «подсмотреть». Я видел искренне верующих людей, которые не просто на словах называли себя христианами, а жили соответственно своей вере: тихо, ничего не выставляя напоказ. Именно это привело меня в стены Духовных Школ.

Чем встретили Вас Духовные Школы?

Все это было еще до ремонта. Я помню голубые стены, выкрашенные масляной краской. Поразило меня внутреннее убранство здания, архитектурный стиль: сводчатые потолки, невообразимо крутые лестницы. Эта архитектура сама по себе вырывается из контекста обыденности. Также было здорово ощущать себя среди единомышленников. Когда я учился в училище, отношения с окружающими строились довольно сложно. Ребята в ПТУ часто стараются казаться более сильными, демонстрируют свою мужественность через унижение другого, не похожего на них. Но это только поначалу, а к концу обучения происходит переоценка ценностей, и то, что казалось глупым (т.е. исповедание молодым человеком каких-либо принципов), уже вызывает уважение. Главное — не сломаться. В Семинарии для меня стало открытием то, что я не один и нахожусь среди единомышленников. Потом, конечно, оказалось, что не так все просто и все мы очень разные. На момент поступления у меня в Семинарии были друзья, с которыми я был уже давно знаком. Они мне рассказывали о Семинарии, о внутреннем укладе. Для меня новым был сам момент «перехода».

Я работал в столярной мастерской Семинарии. Не знаю, стоит ли хвастаться, но какие-то вещи здесь сделаны моими руками. Казалось бы, мелочи, но приятно знать, что ты приложил к этому руку. Взять хотя бы икону в актовом зале, которая повешена мной, а это значит, что какой-то след и я оставил в истории Духовной Школы.

Какие впечатления остались от поступления и учебы в Семинарии? При поступлении в Семинарию мои ожидания исполнились, особого разочарования не произошло, так как я уже давно дружил и общался с ребятами, которые были студентами этого учебного заведения. Сначала от Семинарии мне хотелось взять всё. Потом появилось понимание того, что все взять невозможно, нужно ставить какой-то фильтр. Появилось критическое отношение к некоторым вещам. Появилось критическое отношение к жизни. Этот процесс можно назвать взрослением в Семинарии.

Вообще, Семинария – это, в первую очередь, коллектив, без которого было бы одиноко. Общежитие Духовной Школы было местом, где ты мог пообщаться. Тесно общаясь в бытовых условиях с другими студентами, я понял, что самое главное – это научиться прощать. Это фундамент, который мы должны иметь как христиане. Важно не то, сколько молитв ты вычитал перед причащением, не то, как благоговейно ты вел себя на службе: сколько поклонов ты сделал и сколько свечей поставил, а именно прощение. Если ты простил своего ближнего, то тогда ты можешь причащаться, быть со Христом. Если этого нет, тогда ты построил стену между собой и ближним, а если ты построил стену между собой и ближним, то ты построил ее между собой и Богом. Этот забор можно разобрать только со своей стороны: Господь насильно через него не переступит. Не прощая ближнего, человек стоит перед оградой и кричит Богу: «Иди ко мне!» Наша задача – демонтировать этот забор. Отсюда вывод: какими бы ни были трудности «обще-жития» в Семинарии, нам необходимо стремиться к объединению.

Почему, обучаясь в Семинарии, Вы решили поступить в университет? На данный момент я также являюсь студентом факультета психологии БГПУ им. М. Танка. Этой наукой я стал интересоваться благодаря преподавателю Семинарии Гордею Эдуардовичу Щеглову. На третьем курсе мы писали по его предмету семестровое сочинение на тему «Психология старообрядческого раскола». Меня потряс ментальный переворот во внутренней жизни русского общества XVII столетия, результатом которого стало разделение на почве религиозного быта. Это и подстегнуло меня погрузиться в проблематику психической жизни человека и поступить на факультет психологии. Я считаю, что это образование поможет моей социализации, поможет найти самого себя через познание других. Я хочу понять другого, чтобы понять, что происходит во мне, и помочь другим найти ограду Церкви. Человек ищет себя, помогает другим и через это самораскрывается. Так он проявляет в себе потенциал образа Божия.

Какова Ваша нынешняя сфера деятельности, кроме священнослужения?

Я занимаюсь молодежным служением. Участвую в чтении лекций для молодежи, организации походов, поездок, паломничеств. Я вхожу в клуб православных следопытов при Свято-Петро-Павловском соборе г. Минска, который возглавляет протоиерей Александр Ледохович. Мы занимаемся краеведением, помощью в восстановлении храмов. Наш клуб за последнее время осуществил множество проектов. Последний из них – лагерь в Борисовском районе в местечке Зембин, где мы помогали в реконструкции храма, очистили источник.

Изюминка всех этих встреч – ночная Божественная Литургия. На протяжении недели мы работаем вместе, выполняем коллективные задания. Через это мы становимся ближе. Уже нет незнакомых людей, все одна община. Это помогает воспринять Литургию во всей её полноте. На Ней нет сторонних наблюдателей, поскольку все участвуют в богослужении: читают, поют. И каждый может себя ощутить участником Тайной Вечери.

А какие-то хобби у Вас есть?

Люблю рыбалку и тяжёлую атлетику, на гитаре играю иногда. Еще заинтересовался исторической литургикой. Я почувствовал ответственность, когда стал диаконом. Это сродни родительскому чувству – некий импульс к творческому саморазвитию. У меня сразу появился интерес к служению. Мне стало интересно, что же я такое служу, что происходит во время общественной молитвы, поэтому стал интересоваться историей богослужения. Произошло переосмысление роли Евхаристии в жизни христианина, в моей жизни – я осознал, почему без Неё просто невозможно существовать.

Как вы познакомились со своей супругой?

Есть такая замечательная традиция: Гродненский государственный университет, а в частности факультет филологии, летом приезжает на фольклорную практику в Жировичи. В один из вечеров проходило знакомство семинаристов с девушками из ВУЗа. На таком вечере мы и познакомились. Я обратил внимание на свою будущую супругу, потому что у нее были яркие рыжие волосы, а еще она лучезарно улыбалась. Мы улыбались друг другу. Потом я узнал, что ее зовут Любовь. Я вообще много говорил о любви, и для меня было удивительно, что девушку, которая мне нравится, зовут Любовь. Мы начали общаться, созваниваться. Так и дошло дело до свадьбы. Обычная студенческая история. Студенту, которому сложно выбраться из Семинарии, приходится общаться по телефону. Все это сложно, но не невозможно. Реально. Главное, чтобы люди были заинтересованы друг в друге.

Долго ли вы общались до вступления в брак?

Год встречались. Поженились 25 октября 2009 года, когда я был на пятом курсе Семинарии.

Как совмещаются двойная учеба и служение?

Как нужно относиться к каждому из этих занятий? Относиться ко всему нужно ответственно. Впрочем, здесь может иметь место человеческий фактор, который называется ленью. С этим врагом приходится бороться каждый день (с переменным успехом). Когда ты учишься в Семинарии, Академии, университете, появляется синдром эмоционального выгорания, когда ты просто-напросто устаешь. В эти моменты хочется развеяться, почувствовать себя свободным. Но очень важно, видя перед собой цель, стремиться ее осуществить. У меня, например, в юные годы появилось желание жать от груди 100 кг. Я его реализовал, несмотря на все трудности. Желаю читателям никогда не унывать и всегда стремиться к своей цели.

Беседовали Сергей Палатников и Антон Черноморд

Рекомендуем

Вышел первый номер научного журнала "Белорусский церковно-исторический вестник"

Издание ориентировано на публикацию научных исследований в области церковной истории. Авторами статей являются преимущественно участники Чтений памяти митрополита Иосифа (Семашко), ежегодно организуемых Минской духовной семинарией.

Принимаются статьи во второй номер научного журнала "Труды Минской духовной семинарии"

Целью издания журнала «Труды Минской духовной семинарии» является презентация и апробация результатов научной работы преподавателей и студентов Минской духовной семинарии.