Добрая наставница веры и благочестия незримый подвиг инокини Георгии (Клышевич (1931-2013))

Те, кто знал матушку Георгию, запомнят ее человеком необычайной духовной высоты, способным одарить радостью о Христе.

О сердечной любви приснопамятной инокини Георгии к окружающим, и особенно – к детям, могут свидетельствовать многие. Трудясь в миру учительницей русского языка и литературы, она дарила тепло души каждому своему воспитаннику. С материнской заботой всегда относилась она и к студентам Минских духовных школ, совершая иноческий подвиг в Жировичской обители. Памятуя слова Спасителя, «и если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18,3), матушка сама образом веры, простоты и скромности являла нам пример детской чистоты. Матушка Георгия посвятила жизнь Богу и Церкви в непростые советские годы. С 1965 года будущая инокиня оказывала помощь Жировичской обители, работая Господу со всяким смиренномудрием (Деян. 20:19). Долгое время матушка была помощницей эконома Свято-Успенского монастыря игумена Евфимия. Вместе с архимандритом Игнатием (Кударенко) они проделали огромную работу по переписыванию богослужебных книг для библиотеки монастыря. Уже старицей матушка во славу Божию заботилась об украшении храма и с любовью ухаживала за многочисленными цветниками обители. Матушка Георгия была любящей христианской матерью, достойно воспитавшей в вере и благочестии свою дочь, которая также служит ныне на ниве Христовой в образе ангельском, ревностно исполняя игуменское послушание в Гродненской ставропигиальной обители Рождества Пресвятой Богородицы.

(из присланных слов соболезнования митрополита Минского и Слуцкого Филарета, Патриаршего Экзарха всея Беларуси родным и близким на погребении инокини Георгии 12 января 2013 г.)

Игумения Гавриила (Глухова) так вспоминала (см.: «Духовная семья выше земной». Интервью с настоятельницей Гродненского СвятоРождество-Богородичного ставропигиального женского монастыря игуменией Гавриилой. Гродзенская праўда, 12.08.2019) о своей маме: «Мой дед – белорус, Константин Клышевич, уехал в Саратов и там женился на бабушке, Зинаиде Алексеевне. Мама была у них девятым ребенком. Глубоко верующим человеком она была всегда, сколько я ее знала. Свободное время посвящала переписыванию духовных книг. В те годы это был, можно сказать, подвиг. За найденную в доме такую строчку люди попадали в ГУЛАГ. Но это было необходимо верующим как глоток чистого воздуха. Мама писала под копирку, в три слоя. А после рукописные книжицы тайно раздавали в церкви или просто передавали из рук в руки.

С пяти лет я свободно читала на церковнославянском, а со второго класса была приобщена к этой работе. Когда ровесники гуляли во дворе, я переписывала листы Священного Писания. Конечно же, мне хотелось на улицу, к детям. Но мама была непреклонна. Педагог от Бога, она не говорила мне, что это уроки веры. Объясняла свою настойчивость иначе: нужно, дескать, вырабатывать красивый почерк».

И далее: «Так случилось, что мои родители расстались, когда я была совсем ребенком. Какое-то время мы с мамой жили в Саратове. Она преподавала в школе. Но, обучая детей грамотности, прививала им и любовь к Богу. В шестидесятые годы прошлого века это было неприемлемо. Вначале ее переводили из одной школы в другую, что называется, с понижением. А когда это не подействовало, просто уволили. В вину учительнице Галине Клышевич вменялось то, что она «фактически способствует распространению религиозных взглядов среди населения».

Так мы оказались сначала в Щучине, на родине деда, а затем в Жировичах. Закончив педагогическую работу, мама полностью связала жизнь с монастырем, где в преклонном возрасте и поселилась. До последних дней жизни она старалась приносить пользу, служить Богу и людям. С весны до поздней осени трудилась на земле, выращивая прекрасные цветы. Ухаживала за могилками на кладбище. Поддерживала болящих.

Она постоянно обращалась ко мне с просьбами выслать то пуховый платочек, то теплые носки, то сапоги. Будто бы для себя, но совершенно разных размеров. Получив, тут же отдавала нуждающимся. Сладостями же и другими вкусностями, которыми хотелось ее порадовать, угощала семинаристов».

К учащимся семинарии матушка относилась с особенной нежностью и заботой, ласково называла их «сынки малые»! Многие из тех, кому посчастливилось общаться с матушкой, помнят её советы, духовную помощь и наставления. Да и гостинцы, полученные тогда, в студенческие годы, помнятся как что-то сказочное и особенное!

У матушки было трепетное отношение к монастырскому кладбищу. Она с любовью ухаживала за могилками и приглашала на это послушание семинаристов. В начале и в конце работы они пели Литию, матушка много рассказывала о каждом похороненном, у неё был свой синодик с датами их кончины, в которые она особо поминала почивших. После работы обычно матушка всех угощала, беседовала, интересовалась успехами в учёбе, здоровьем и нуждами, предлагала помощь.

«Не одно поколение семинаристов вырастила, выпестовала почившая инокиня Георгия. Для нас, тогда студентов семинарии, она была и мамой, и “нянечкой”. Заботилась о нас, как о младенцах, любила нас искренней материнской любовью. Всегда беспокоилась, покушали ли мы, не имеем ли в чем нужды». Так вспоминали о матушке бывшие воспитанники семинарии.

Владыка Гурий, ректор семинарии и наместник Жировицкой обители, также с особым благоговением отзывается о покойной инокине Георгии: «…При разговоре она часто называла себя «никудышной», хотя имела два высших образования, много помогала Жировичскому монастырю, особенно в годы лихолетья. …Некоторым Жировичским подвижникам она помогала восходить на свою голгофу, донести достойно монашеский крест. От этих подвижников она усвоила главные добродетели монашеской жизни — послушание и смирение… Меня поразило ее лицо во гробе — светловосковое и ни малейшего запаха от праха. Такое обычно наблюдается у почивших праведников…».

Матушка действительно была очень образованна. В школе, имея специальность «русская филология», кроме русского языка и литературы, она вела еще и уроки немецкого, который знала в совершенстве. Ее ученики рассказывали о том, что она часто привозила из города продукты и медикаменты для бедных и больных детей, купленные за свою скромную учительскую зарплату, и передавала эти гостинцы своим ученикам. «За свои небольшие учительские деньги она приобретала лекарства и, если была возможность, передавала через одноклассников или шла сама навестить заболевших учеников, принося в их дома не только медикаменты, продукты, но и радость от встречи и общения с ней…» — из воспоминаний бывших учеников Савкинской 7-летней школы Петровского района Саратовской области. Со школы Галину Константиновну уволили, как не желавшую вести антирелигиозную агитацию среди школьников. После увольнения Галина Клышевич окончила курсы бухгалтеров и стала работать по новой специальности вначале в Саратове, а потом в Белоруссии, куда они переехали в 1961 году, на Щучинском предприятии «Заготзерно», благодаря чему она смогла помогать монастырю, передавая зерно, крупы, муку.

Позже, по приезде в Жировичи в 1964 г., Галина Константиновна заочно прошла курс обучения в Минском институте торговли, что дало ей возможность устроиться продавцом в Жировичский магазин «Колос». В те годы продукты отпускали по талонам, и братия и сестры обители почти голодали, потому что их советская власть считала тунеядцами, и им отпускалось очень мало еды. Денег тоже едва хватало на самое необходимое. И вот матушка тайком через дыру в ограде проносила по ночам неучтенные продукты и пожертвования паломников: стройматериалы, медикаменты.

Но самым главным образованием для матушки во все времена была духовная жизнь под руководством опытных наставников Жировицкой обители. Свой богатый опыт она щедро передавала другим поколениям, приезжающим почерпнуть духовной мудрости под сенью чудотворной Жировицкой иконы. И насельники монастыря, и вчерашние семинаристы, которые сегодня стали пастырями в ограде Церкви Христовой, и многие паломники с любовью отзываются о матушке Георгии. И каждый получил от неё что-то своё, особенное, памятное: совет, наставление, подарочек, молитвы, а главное – любовь.

Один из старейших и авторитетных преподавателей нашей семинарии протоиерей Геннадий Повный сохранил о матушке самые светлые и тёплые воспоминания:

«Моё впечатление о ней такое: она была великая труженица. Приехала матушка к нам из России, у неё были свои сложности и скорби, но она нашла силы и смысл жизни в Боге. Она духовно окормлялась у монастырских отцов и очень много трудилась. Всегда особенно усердно молилась об усопших. Помню, когда был день памяти кого-то из почивших братий или сестер, она покупала за свои деньги разные угощения и раздавала всем с просьбой помянуть покойного или покойную. Матушка понимала, что молитва и милостыня – два крыла в небо!

Матушка говорила мне, что всегда поминает всех усопших. Как-то мы были с ней на кладбище на послушании. Она стала перечислять почивших, я всех записал. Их было более 50-ти человек. Матушка всех помнила, за всех молилась. Она была живой историей, имела чувство молитвы, была богата духовно. Здесь, у иконы Божией Матери, отцы научили её духовности и молитве. Это основная добродетель. У преподобного Антония Великого читаем повествование о том, как Ангел показал ему способ спастись: трудиться и молиться. В матушке Георгии мы видели именно такое: труд и молитву.

Когда к ней на послушание назначали учащихся семинарии, она всегда учила их всякое дело начинать с молитвы. Вначале все усердно молились, затем шли на труды.

Матушка была милосердна, старалась всем помогать. Царство ей Небесное, а нам всем всесильной помощи Божией!»

На вопрос, чем запомнилась матушка Георгия, ещё один из тех наших преподавателей, кто стоит у истоков семинарии и многие годы несёт подвиг наставничества, протоирей Виктор Василевич ответил:

«Когда я поступил в семинарию в 1993 году, я про матушку Георгию уже слышал много. Семинаристам она была близка и знакома. И те, кто учился в семинарии несколько лет, могли о матушке рассказать столько, что можно было составить книгу. Матушка была яркой личностью, которая не могла быть незамеченной.

Потом, когда я стал помощником инспектора в 1994 году, я непосредственно с ней общался. В основном это общение было на уровне назначения семинаристов на послушания. Нужно сказать, что у матушки не было каких-то дел ненужных. Всякое послушание, которое она исполняла, было наполнено смыслом и имело цель сделать всё красиво: или это покраска деревьев, или высаживание цветов, или уход за кустами – всё, что она делала с ребятами-семинаристами, делалось, как самое важное дело на Земле. У архимандрита Иоанна Крестьянкина есть такие слова: «Какое самое важное дело? — То, которое мы делаем сейчас». Это значит, что для нас все дела должны быть важны. И матушка показала это на своём личном примере. Она делала всё так, чтобы это было красиво».

Вот как вспоминает о матушке Георгии ещё один уважаемый и авторитетный преподаватель нашей семинарии, протоиерей о. Виталий Антоник:

«По благословению Высокопреосвященнейшего митрополита Минского Филарета в 2000 году я был принят на послушание в МинДАиС, в которой ранее учился. К этому времени в Жировицком монастыре многое изменилось. Хотя многие перемены произошли в лучшую сторону, всё же я ощутил некую ностальгию, т.к. большинство насельников, которые подвизались здесь во время моей учёбы, ушли в мир иной. Например, о. Игнатий, о. Евфимий, о. Виталий, о. Антипа…

В советское время, когда церковь подвергалась гонениям, в монастырь поступить было крайне сложно, почти невозможно. Это сильно подрывало традицию преемственности, когда в монастырскую семью новые люди входят постепенно, гармонично усваивают, хранят и передают другим духовный уклад монастырской жизни, её молитвенные особенности и традиции. В Жировицком монастыре на рубеже XX-XXI веков складывалась грустная картина: старшее поколение уже ушло, а молодёжь, получившая в связи с политическими переменами возможность вступить в монастырскую жизнь, оказалась без живой связи с прошлым.

Вот в этих, можно сказать, печальных условиях особую роль стала выполнять инокиня Георгия, в прошлом замечательный педагог. Она явилась некой живой ниточкой, связующей прошлое с настоящим. Прожив почти пятьдесят лет в сенах монастыря, она многое видела, многих знала. Более того, она свято хранила память о всех ушедших насельниках монастыря и постоянно, «во времение и без времения», старалась о них напомнить, поведать и объяснить. В этом отношении инокиня Георгия была настоящим живым справочником. К тому же она неизменно творила молитвенное поминовение всех покойничков.

В моих воспоминаниях о приснопамятной инокине Георгии живёт очень трогательная картина. Бывало, утром на столах в семинарской столовой, сервированных к завтраку, стоят вазочки, наполненные конфетами, рядом — записочки с просьбой помянуть, например, раба Божия архимандрита Игнатия или схиархимандрита Порфирия или ещё кого-нибудь. Об этом позаботилась матушка Георгия. Новичок, бывало, спросит: «А кто этот покойничек?» Тут ему «старожил» и расскажет, что о. Игнатий — спутник священномученика Серафима, архимандрита Жировицкого, в его миссионерских трудах в годы войны.

А схиархимандрит Порфирий – знаменитый эконом монастыря. О. Евфимий Байдаков, которому в годы хрущёвских гонений поистине чудесным образом удавалось питать насельников монастыря, сумел воздвигнуть вокруг обители кирпичный забор.

Подобным образом поминались заботами матушки Георгии и другие насельники обители, ушедшие в мир иной. Эти поминальные вазочки с конфетами не только побуждали к поминальной молитве, но и помогали сохранять живую память о прошлом, служили делу важнейшей составляющей православной церковности – хранению церковного предания.

Молитвенная память об усопших была постоянной заботой матушки Георгии. Матушка проявляла особое попечение о тяжело болящих, преимущественно о тех, кто готовился оставить нашу юдоль. Она часто была рядом с умирающими. При этом она старалась найти и сохранить помянники покойничков и добровольно брала на себя труд поминания тех, о ком молился хозяин помянника. Более того, она постоянно трудилась на кладбище, чтобы содержать могилки усопших в подобающем состоянии. Моя молитвенная благодарность ей.

Хочется пожелать всем, кто знал инокиню Георгию, хранить молитвенную память о ней так, как она хранила о многих и многих ушедших. Вечная ей память».

Сегодня о матушке Георгии многие отзываются с теплом и любовью. Она всегда была духоносным сосудом Божественной благодати и излучала любовь и смирение. Вечная ей память!

Сусанна Смирнова

Рекомендуем

Вышел первый номер научного журнала "Белорусский церковно-исторический вестник"

Издание ориентировано на публикацию научных исследований в области церковной истории. Авторами статей являются преимущественно участники Чтений памяти митрополита Иосифа (Семашко), ежегодно организуемых Минской духовной семинарией.

Принимаются статьи во второй номер научного журнала "Труды Минской духовной семинарии"

Целью издания журнала «Труды Минской духовной семинарии» является презентация и апробация результатов научной работы преподавателей и студентов Минской духовной семинарии.