«Они были состоявшееся… люди» интервью с ректором МинДС архиепископом Гурием

Владыка, в 1989 году Вы находились у самых истоков второго возрождения Минской духовной семинарии, были ее первым инспектором. В каких условиях проходило открытие?

Нужно сказать, что инициатором и организатором открытия семинарии в Жировичах был митрополит Филарет (Вахромеев). В то время он являлся председателем нынешнего Отдела внешних церковных связей, а выражаясь светским языком, — «церковным министром иностранных дел». Используя свой авторитет, владыка много ходатайствовал в Москве во всех инстанциях, в том числе и на самом высоком уровне, об открытии Белорусской духовной школы. Заметьте: тогда это был еще Советский Союз. Из истории мы хорошо помним, что в советском государстве шла активная борьба с Церковью. Планы на ее уничтожеие были более чем серьезными. Еще при Сталине за время безбожной пятилетки, которая должна была закончится в 1942 году, планировали не оставить ни одного храма, ни одного священника, ни одного архиерея. Потом Н.С. Хрущев обещал к 1965 году «показать по телевизору последнего попа». Значительные перемены в ослаблении антирелигиозной пропаганды наметились после прихода к власти М.С.Горбачева и празднования Церковью в 1988 году Тысячелетия Крещения Руси. Тогда светские власти повернулись лицом к Церкви, вдруг вспомнили о ней. Но, по-прежнему, еще все оставались и те, особенно на местах, кто до конца был верен советской идеологии. И можно себе представить, каких колоссальных усилий стоило митрополиту Филарету открытие духовного учебного заведения для подготовки пастырей в Советской Белоруссии. Поистине это был подвиг Высокопреосвященнейшего владыки, его личная заслуга.

Известно, что в здании нынешней семинарии после ее закрытия длительное время размещался Жировичский совхоз-техникум, получивший позднее статус сельскохозяйственного. Как решался вопрос с его выселением?

Милостью Божией в 1989 году семинарию удалось открыть. Но с ее открытием возникли и новые трудности. Для духовной школы было передано здание одного из монастырских корпусов Свято-Успенского Жировичского мужского монастыря, где, действительно, как Вы правильно заметили, в то время располагались учебные аудитории Жировичского сельскохозяйственного техникума. Для его выселения из обители требовались дополнительные площади, которых, естественно, техникум не имел. И снова владыка Филарет сумел договориться на высоком уровне о выделении денег на постройку нового учебного корпуса для техникума. Когда в Советском Союзе «перестройка» началась, он был депутатом Верховного Совета СССР. Покойный Святейший Патриарх Алексий II и он. Владыка Филарет был знаком со многими руководителями, и его авторитет тогда содействовал открытию семинарии и вообще возрождению Белорусской Церкви, что, повторюсь, в то время, на закате советской эпохи, давалось все еще не просто.

Еще мне запомнилась такая деталь. Вначале нам передали только одно крыло первого этажа. Сейчас там вахтер сидит при входе в семинарию и находится сектор заочного обучения, а также профессорскопреподавательская и зал заседания кафедр. В то время в этом крыле стояли станки и было много мусора. Этаж, который нам передавал техникум, не использовался несколько лет и пришел в запустение. Оттуда силами братии монастыря мы не один десяток машин мусора вывезли. Конечно, владыка Филарет понимал, что одного этого этажа для семинарии будет недостаточно, и выхлопатал спустя некоторое время второй этаж в том же крыле.

Ремонт какой-нибудь сразу делали?

Да, косметический ремонт. Много трудов по восстановлению здания семинарии и одновременно по организации образовательного процесса и быта первых студентов приложил тогда наместник Жировичского монастыря — нынешний архиепископ Пинский и Лунинецкий Стефан. В то время он был назначен ректором Минской духовной семинарии. Я же, будучи инспектором, а в современном понимании, проректором по воспитательной работе, принимал больше участие как исполнитель. Совмещая должность инспектора семинарии с церковным послушанием благочинного монастыря, я организовывал братию и паломников на расчистку помещений от мусора и на выполнение разных подсобных работ.

При открытии семинарии сразу встал и другой вопрос: кто будет преподавать? Кто были эти первые преподаватели?

Нужно сказать, что сейчас пять разных курсов у нас в семинарии одновременно учатся. Тогда же был только один, первый курс, поэтому необходимость в большом количестве преподавателей на первоначальном этапе отсутствовала. Преподавателями были и ректор, и я — инспектор. На административные должности по представлению митрополита Филарета мы были назначены председателем Учебного комитета Русской Православной Церкви того времени архиепископом Александром (Тимофеевым). Также в Минскую духовную семинарию после окончания Московской духовной академии Священноначалием был направлен Геннадий Петрович Повный, нынешний доцент семинарии — протоиерей Геннадий. В то время он был назначен, если мне память не изменяет, старшим помощником инспектора.

Как помнится, в числе первых сразу начал преподавать в Минской духовной семинарии и нынешний профессор, первый проректор Института теологии Белорусского государственного университета, протоиерей Сергей Гордун. Выпускник факультета иностранных языков — он, еще будучи студентом Московской духовной академии, преподавал там английский язык. Его тоже владыка Филарет исходатайствовал к нам в Жировичи.

Позднее трудиться в семинарии стали и другие преподаватели. Среди них: иеромонах, ныне епископ Туровский и Мозырский Леонид (Филь), последовательно прошедший в семинарии все ступени административной лестницы от старшего помощника инспектора (1990 г.) и инспектора (1992 г.), до ректора семинарии (1996-2007 гг.), игумен, ныне архиепископ могилевский и Мстиславский Софроний (Ющук), иеромонах, ныне архиепископ Брестский и Кобринский Иоанн Хома).

Также привлекались преподаватели с академическим образованием из разных мест. Например, к нам приезжали протоиерей Михаил Пинчук, протоиерей Григорий Пилипчук, протоиерей Михаил Вейго, протоиерей Георгий Латушко. Все они служили на приходах и несли те или иные епархиальные послушания. На месте был только костяк – администрация.

В числе преподавателей первых лет в нашей духовной школе трудились и игумен, ныне архимандрит Глеб (Шульмин), протодиакон Николай Авсиевич, протоиерей Анатолий Пепеля и Туров Александр Иванович, ныне проректор по учебной работе Института теологии БГУ.

К сожалению, нет среди нас уже архимандрита Феодосия (Повного), духовно окормлявшего не только братию монастыря, но и студентов нашей духовной школы, игумена Петра (Кузовлева), бывшего первого Ученого секретаря семинарии, игумена Никона (Лысенко), игумена Петра (Бирюкова). Упокой, Господи, их души в селениях праведных!

Как итог, благодаря трудам первых преподавателей, учебный процесс был организован без сбоев. Надо отметить, что митрополит Филарет заботился не только о передаче зданий, но и о преподавательском составе.

Владыка, а как была организована бытовая жизнь преподавателей и воспитанников? Сильно ли отличались условия жизни студентов и преподавателей?

Условия жизни студентов первых лет и современных студентов даже в сравнение не идут! Воспитанники, а их было в то время около сорока человек, жили в стесненных условиях — всего в двух комнатах! Первая комната была на первом этаже, сейчас это помещение разделяется на профессорско-преподавательский кабинет и зал заседания кафедр. Вторая — на втором этаже — это сейчас кабинет митрополита и коридор перед ним, который был перекрыт перегородкой и тоже использовался как комната. Большие комнаты были! И учились студенты тоже в двух аудиториях — на первом, и на втором этажах. Остальные этажи принадлежали сельскохозяйственному техникуму. Только перегородка деревянная была в том месте, где сейчас в семинарии центральный проход с мраморной лестницей. Она и отделяла семинарию от техникума. Вход же на переданные нам два этажа был открыт из коридора Успенского собора монастыря.

Удобств первые студенты возрожденной семинарии не имели никаких. Туалет у них был общий, о душе вообще речи не шло, но умывальники были. Бани тогда в семинарии тоже не было. Помню, не один год наши воспитанники ездили в городскую баню в Слоним. В Жировичах тоже поселковая баня была, но вместить большое количество студентов, не считая местных жителей, она не могла. Поэтому наши ребята большей частью просились в Слоним. Конечно, условия были более чем скромные, но как-то у студентов больше радости было, запала, жизненного оптимизма! Ведь именно на их плечи легла основная нагрузка по воссозданию духовной школы! И современные студенты семинарии должны быть благодарны именно тому поколению, передавшему в их пользование такое ухоженное и опрятное учебное заведение. Еще нужно сказать, что студенты в советское время поступали в семинарию в основном после службы в рядах вооруженных сил. Они были состоявшимися мужчинами, прошедшими армию, нередко имевшими светское образование, взрослыми, сформированными людьми. Конечно, люди приходили из мира, гдето и недостатки были, некоторых исключали, кто-то сам уходил, но в основном все серьезно к учебе относились.

Питались студенты и преподаватели в старой монастырской трапезной вместе с братией. Готовили для них с душой, стараясь повкуснее накормить, сестры монастыря. Дело в том, что в советское время на территории Жировичского монастыря жила большая часть бывших насельниц Гродненского Свято-Рождество- Богородичного женского монастыря и часть насельниц из Полоцкого Спасо-Евфросиниевского женского монастыря. В годы атеизма в Беларуси действующим оставался только Жировичский монастырь, приютивший изгнанных советской властью монахов и монахинь из других обителей. Сестры жили в трехэтажном здании (в прошлом — здание возрожденной в послевоенный период семинарии и закрытой в 1963 году, ныне это братский корпус монастыря). Братия жили в одноэтажном деревянном корпусе рядом с Явленской Церковью, также в небольшом крыле возле Успенского собора, где было несколько келий.

А преподаватели где жили?

Преподаватели… Сейчас даже трудно вспомнить, кто где жил. Ректор и инспектор в кельях монашеских жили. Там же, в монашеских кельях, жили и преподаватели из числа братии монастыря. Отец Георгий Гордун, насколько я помню, был клириком, а затем и настоятелем Троицкого собора в Слониме, и там же, в городе, с семьей гдето снимал квартиру. Г.П.Повный жил в келье, где сейчас находится кабинет проректора по учебной работе. Тогда это помещение располагалось рядом с бывшей кельей архимандрита Бориса (Пирога). В настоящее же время в семинарии — это крыло, где находится зал заседаний Ученого совета. А изначально там были помещение для хранения продуктов. Позже для их хранения было обустроено новое место — там, где сейчас устроена семинарская церковная лавка. А на освободившихся площадях сделали три жилых комнаты.

Как семинаристы проводили свободное время? Помогали ли монастырю?

Свободного времени было меньше, чем сейчас. Можно сказать, что его не было совсем! Ребята старались свой семинарский быт обустраивать. Ремонт делали. Раньше ведь никаких специалистов не приглашали. Слесари, сантехники, электрики, водители и повара — все сами студенты были. Со временем семинария разрасталась, здание отдавали постепенно, по частям, добавлялись новые курсы, и , соответственно, надо было дальше ремонт продолжать. Но студенты не роптали, относились с пониманием. Помню одно время, когда делался большой ремонт в столовой, студенты питались в палатке с осени и до самой зимы. Палатка была старая, большая, военная и стояла у нас в монастырском саду. Осенью шли проливные дожди, и палатка насквозь протекала. Было мокрое все: и столы, и сиденья. Но, я уже повторюсь, что многие были после армии, не были такими изнеженными, как сейчас, и потому не роптали. А младшие равнялись на старших, старались брать с них во всем пример. Взрослые парни трудились на различных послушаниях, на сельскохозяйственных работах. Сейчас ставится вопрос, что надо только учиться, а тогда надо было и свой быт обеспечивать. Наряду с учебой старались все успевать: и поучиться, и потрудиться, потому что монастырь бы все не потянул. Да и монастырь у нас тогда гораздо меньших размеров был, численность меньше была. Но дружно все трудились и молились вместе: и братия, и студенты. Тогда и храма семинарского не было. Пели только в монастырском храме, там же были вечерние и утренние молитвы. Помнится, каким событием для братии монастыря было, когда на первой службе запели студенты, они как «шмели гудели», но такая радость была — слезы наворачивались, что все-таки возродилась семинария. Вы были инспектором, а в жизни инспектора всегда есть интересные моменты.

Что особенно вам запомнилось?

Позже мне студенты вспоминали об одной моей хитрости. В Троице-Сергиевой Лавре, по традиции, монахи в сапогах ходят. И мне ныне покойный архимандрит Кирилл (Павлов) такие сапоги подарил, кажется, «яловые» назывались. Мощные такие. Инспектор идет — слышно на всю округу! А когда приходил проверять, надевал ботинки и заходил а самое неожиданное время. Так иногда нарушители и попадались. Слава Богу, злостные нарушители попадались редко! Были только слегка нахулиганившие студенты (Владыка улыбается. — Ред.). Но они умели вовремя осознать проступок, раскаяться в нем, и больше такого не повторять. Нынешней молодежи следовало бы у них поучиться.

Какие наказания были для студентов того времени, нахулиганивших?

В первую очередь это, конечно, беседа, взывали к совести. Иногда, к сожалению, и выговоры были. Но в основном ребята понимали, куда пришли. Это были взрослые парни, которые действительно желали быть священнослужителями. Поэтому я не запомнил особых нарушений. Студенты первого и второго года обучения вспоминаются мне как очень серьезные и дисциплинированные воспитанники. Хотя я, как инспектор, очень сильно переживал. Спустя годы оказалось, что переживания могут быть в разы сильнее, а бремя ответственности — еще больше, чем то, которое я когдато инспектором нес. Такое, как говорится, и во сне не могло привидеться, что когда-то у меня столь ответственная ректорская должность будет. А тогда я, как и многие другие, еще не знал, как все у нас в духовной школе пойдет… Особенно учитывая то, что в Московской духовной академии мы приходили и вливались в коллектив постепенно, подражали старшим, а здесь надо было с нуля все начинать. Поэтому и переживал, было страшно ошибиться. Но, благодарение Господу, уже столько священников в Минской духовной семинарии выучилось!

Владыка, говорят, что слава Alma Mater — ее выпускники. Минская духовная семинария также по праву может гордиться своими выпускниками за этот тридцатилетний период?

Действительно, сегодня многие выпускники нашей духовной школы несут различные ответственные церковные послушания: от благочинных церковных округов до секретарей епархиальных управлений, трудятся в различных церковных структурах, в том числе и в Минской духовной семинарии. Свое пастырское служение наши выпускники совершают во многих странах мира: в России, Украине и Молдове, Польше, Германии, Бельгии, Греции и Египте, и в некоторых других странах. Среди наших выпускников есть и архиереи! Это Преосвященные Владыки: и епископ Бобруйский и Быховский Серафим (Белоножко), епископ Борисовский и Марьиногорский Вениамин (Тупеко) и епископ Слуцкий и Солигорский Антоний (Доронин), епископ Молодечненский и Столбцовский Павел (Тимофеенков) и епископ Полоцкий и Глубокский Игнатий (Лукович). Кстати, епископы Серафим и Игнатий были в числе тех самых первых студентов, что поступали в возрожденную семинарию в 1989 году, а владыка Вениамин поступил в нашу духовную школу спустя три года после ее открытия (в 1992 году) и также стал студентом тех первых лет. Существует в семинарии и преемственность поколений. Сегодня в Минской духовной семинарии уже дети тех первых студентов учатся, что когда-то сами здесь учились!

В семинарии часто вспоминают тех, кого уже нет с нами?

Да, постоянно. У нас в семинарском Трехсвятительском храме каждый день совершается Божественная Литургия, за которой на проскомидии поминают об упокоении почивших преподавателей и студентов последних 30-ти лет. Возносится молитва также и о тех, кто трудился еще в Литовской духовной семинарии, учрежденной на территории Жировичского монастыря в 1828 году. Молимся о тех, кто преподавал в Жировичском духовном училище, действовавшем при нашей обители с 1845 года, и кто работал на ниве духовного просвещения в Минской духовной семинарии, открытой в послевоенном 1947 году.

По милости Божией в нынешнем году в ознаменование 30-летия возрождения Минской духовной семинарии установлен крест-памятник в Бозе почившим преподавателям и студентам нашей духовной школы. Данный памятный знак сооружен в виде креста по аналогии с существующим памятником почившим наставникам Московской духовной академии. По традиции ведущей российской школы, в Минской духовной семинарии также планируется совершение у креста-памятника заупокойных литий о «зде начальствоваших, учивших и учившихся» во дни на начало и завершение учебного года, а также в другие памятные даты, связанные с историей Минской духовной семинарии.

Благодарим, владыка, за то, что открыли нам неизвестные стороны жизни первых лет нашей духовной школы. Могли бы вы сказать слова напутствия не только воспитанникам семинарии, но и всем тем, кто будет читать наш журнал?

Студентам семинарии хотелось бы сказать, что все они готовятся стать врачами душ человеческих. Бессмертных душ. Когда сталкиваешься с врачами телесными, профессионалами в своем деле, которые подсказывают как правильно лечиться, высоко ценишь их. Но мы знаем, что тело, которое лечат врачи земные, рано или поздно уйдет в землю, умрет. А священник является врачом бессмертных душ человеческих. Конечно, в этом врачевании большую часть занимает благодать Божия, Господь. Священник только посредник, но его служение все равно очень ответственно.

Около полутора тысяч студентов уже выпустила белорусская духовная школамногие стали священниками. Именно это служение, хоть и невидимое для глаз человеческих, но необходимое для людей. Без священства, без Таинств — спасение невозможно. Нет человека без греха, а Исповедью очищаются грехи, в Таинстве Причащения освящаются люди, и по величайшему милосердию Божию они становятся наследниками Жизни Вечной. Вот почему воспитанникам семинарии так важно сознавать то великое доверие к ним Бога, эту великую ответственность в деле, за которое они хотят взяться, и к чему они готовятся. И для меня среди житейских трудностей является большим утешением, что наши выпускники это служение совершают, трудятся во Славу Божию, на благо Отечества и Церкви.

Всем же читателям журнала «Ступени» хотелось бы пожелать, чтобы они познавали доброе и отвращались от злого, несмотря на то, что много соблазнов в мире. Особенно сейчас. Потому что все зло, которое мы в свою душу принимаем, будет потом, как яд, нас мучить, а добро будет помогать нам по жизни этой идти и достигать Вечных Обителей. Спаси Господи!

Беседовал иерей Геннадий Белых.

Рекомендуем

Вышел первый номер научного журнала "Белорусский церковно-исторический вестник"

Издание ориентировано на публикацию научных исследований в области церковной истории. Авторами статей являются преимущественно участники Чтений памяти митрополита Иосифа (Семашко), ежегодно организуемых Минской духовной семинарией.

Принимаются статьи во второй номер научного журнала "Труды Минской духовной семинарии"

Целью издания журнала «Труды Минской духовной семинарии» является презентация и апробация результатов научной работы преподавателей и студентов Минской духовной семинарии.